РСС- Blogwar.ru
 

Курс валюты

Курс Доллар США - рубль

Новости от Яндекса

 

Львовский текст

22 апреля 2013, понедельник
Львовский текст

Интересно читается также современный львовский текст. Ведь даже и в советской литературе город основном стоял как иной, немного даже отрешенный, не без флера определенной культурной экзотичности пространство - вспомнить хотя бы Тараса Мигаль или Романа Иваничука.

Так же в прозе Юрия Винничука всегда видчитуеться намек на базовом "нерадянськисть" Львова: несмотря репрессии новая власть так и не смогла изменить культурный код галицкой столицы как города центрально.

Архитектурные памятники, дворцы, храмы, библиотеки и, не в последнюю очередь, память города, общие воспоминания его жителей - все это создавало атмосферу, отчуждала советские нововведения, что идеологические сусального осыпались с первого же дуновения исторических изменений. Это касается и высокой культуры, и истории, и бытовых, ежедневных поведенческих моделей. В Винничуковому романе "Танго смерти" межвоенный Львов представлен как неформальную культурную столицу - такую ??роль он вынужденно выполнял, когда официальный пролетарский Харьков, а затем и облагодетельствованный возвращением узурпирована статуса Киев играть ее не могли.

"Улыбающееся" город, богемный центр, где, пусть и не всегда, разумеется, бесконфликтно, но все же сосуществуют украинская и польская общины, где венские, краковские и киевские художественные идеи, проекты, движения в разные времена имеют разный вес и значение.

Именно во Львове в тридцатые годы частично уцелело для отечественной культуры, что безжалостно витоптувалося на подсоветской Украине. Оккупации Львова советскими войсками осенью 1939 года было воспринято как столкновение культуры высокой, западной, и варварски спрофанованои, принесенной на штыках полуграмотных красноармейцев.

Рассказчик "Музея заброшенных секретов" Оксаны Забужко упоминает о "целую ту татарскую орду с деревьев ? пьяными чемоданами, что за пару недель вымела все магазины, Гейб нашествие гигантских рыжих муравьев, от всякого стало товара, зато вылупив в самом сердце мередмистя перед Оперой , здоровенный уродливый чирей "барахолки", где жены на глазах у разбавленной публики яростно сражались за шелковыми чулки, таская друг друга за волосы, - самым надежным знаком их чуждости было то, что в городе загниздився страх, которого никогда не признано прежде ".

Прошлый век прошло у нас под знаком ряда мощных столкновений и катастрофических потерь, когда история словно возвращалась обратно. И все же конец ХХ века осветил немарнисть подвижнических последовательных усилий нескольких поколений, прежде модернистов первой его четверти.

Николай Зеров свое время писал, что в Украине не надо было прорубать окон в Европу, как это было в петровской России XVIII века., поскольку у нас ростки европейской культуры промикалися сами собой "тысячей незаметных скважин и щелей", органично прорастая и распространяясь стороны.

Советские десятилетия современная литература осмысливает скорее как опыт досадного "розевропеювання" и одновременно демодернизации, когда было потеряно немало культурных достижений и ценностей. На рубеже XXI века европеисты, очевидно, предложили наиболее радикальные концепции. Речь идет уже о культуре, не разделены границами и запретами.

Нравится

Комментарии — добавить свой

 
   
 
 
© 2010–2017 «Blogwar.ru», все права защищены